Содержание:

Планета для тиранов



Тогда, может, невинность, утраченная у родника грудастой дочкой мельника?
Ну, Геральт, скажи мне, кто я? Ты же видишь, что меня аж трясет от
любопытства!
- Ты не чудовище. Иначе ты не смог бы дотронуться до этого
серебряного подноса. И уж никогда бы не взял в руки мой медальон.
- Ха! - рыкнул Нивеллен так, что пламя свечей на мгновение приняло
горизонтальное положение. - Сегодня явно день раскрытия великих, страшных
тайн! Сейчас я узнаю, что эти уши выросли у меня потому, что я ребенком не
любил овсянки на молоке!
- Нет, Нивеллен, - спокойно сказал Геральт. - Это появилось из-за
колдовских чар. Я уверен, что ты знаешь, кто тебя заколдовал.
- А если и знаю, то что?
- Чары можно снять. В большинстве случаев.
- Ты, как ведьмак, конечно, умеешь снимать чары? В большинстве
случаев.
- Умею. Хочешь, чтобы попробовал?
- Нет. Не хочу.
Чудовище раскрыло пасть и вывесило алый язык, длиной в две пяди.
- Не ожидал, а?
- Не ожидал, - признался Геральт.
Чудовище захохотало, развалилось в кресле.
- Я знал, что ты удивишься. Налей себе еще, сядь удобнее. Расскажу
тебе всю историю. Ведьмак или не ведьмак, сразу видно, что хороший
человек, а у меня охота поболтать. Налей себе.
- Нечего уже.
- А, зараза, - чудовище хрюкнуло, после чего снова грохнуло лапой об
стол. Рядом с двумя пустыми графинами появилась, неведомо откуда,
приличных размеров бутыль в ивовой корзинке. Нивеллен содрал зубами
восковую печать.
- Как ты наверняка заметил, - начал он, наливая, - округа здесь
довольно безлюдная. До самых близких селений изрядное расстояние. Потому
как, видишь ли, мой папуля, да и дедушка, в свое время не давали излишних
поводов для любви ни соседям, ни купцам, которые проезжали трактом.
Каждый, кто сюда попадал, терял в лучшем случае свое добро, если папуля
замечал его с башни. А пара самых близких поселений сгорела, потому как
папуля узнал, что дань платится нерадиво. Мало кто любил моего папашу. За
исключением меня, понятно. Страшно я плакал, когда однажды привезли на
телеге то, что осталось от моего папани после удара двуручным мечом.
Дедушка в ту пору уже не занимался разбоем - с того дня, как он получил по
черепу железным моргенштерном, он заикался ужасно, пускал слюни и редко
когда успевал вовремя в уборную. Все шло к тому, что я, как наследник,
должен был возглавить дружину.
- Молодой тогда был, - продолжал Нивеллен, - сущий молокосос, а
потому парни из дружины мигом обвели меня вокруг пальца. Командовал я ими,
как ты догадываешься, в такой же степени, как жирный поросенок может
командовать волчьей стаей. Скоро начали мы делать вещи, которы

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52